ПРИРОДА
Муйский Гигант. История одного восхождения.
Муйский Гигант. История одного восхождения.

Просмотров: 870

География

В 49 километрах на юго-запад от Таксимо находится горная вершина Муйский Гигант. Муйский Гигант (3067 м, 4А - альп.) — высшая вершина Южно-Муйского хребта в Северном Забайкалье. Муйский Гигант, да и вообще Южно-Муйский хребет, очень популярны среди туристов и альпинистов.

История одного восхождения

2001. Интро

Карельский перешеек, лето.

По лесной дороге идут двое: один ковыряет в зубах спичкой, второй машет руками и усиленно убеждает собеседника, что Южно-Муйский хребет - это очень круто. Первого зовут Андрей Студнев, второй – покорный ваш (Константин Бекетов http://www.mountain.ru/world_mounts/siberia/2004/gigant/).

Уже не могу вспомнить, откуда я впервые услышал про Южно-Муйский. Но сразу почувствовал, что есть в нем какая-то изюминка. Из всех хребтов Забайкалья он самый непонятный. Не настолько известен и популярен как Кодар, не настолько дремуч и затерян, как Икатский. Не так уж и труднодоступен – горы видно с трассы БАМа невооруженным глазом (при остром зрении, конечно). Здесь расположена вторая по высоте вершина региона - пик Муйский Гигант (3067 м). Он-то меня и интересовал в первую очередь. Невнятность всего хребта в полной мере передалась и Гиганту: с одной стороны, можно достать цветные 500-метровки, с другой - в Сети к лету 2001 года не было ни одного снимка горы с близкого расстояния. Не место - сплошные вопросы. В книжке Михаила Васильева “Маршруты Западного БАМа” описаны многие перевалы хребта, но район Гиганта освещен слабо. Были известны два летних восхождения, но подробностей - строгий круглый ноль.

Один из участников команды Рыжего, взошедшей на гору в 1994 году, рассказывал мне, что их повторная попытка, через несколько лет, не удалась. Похоже, говорил он, обвалилась часть горы, поскольку того относительно простого пути, по которому удалось взойти в 94-м, больше нет. Упершись в монолитные стены, они отступили. В 94-м им непостижимым образом удалось найти такой маршрут, который почти не требовал страховки. “По полочкам, по полочкам – так и поднялись” - вот такое примерно было описание...

Первые упоминания о высшей точке хребта встречаются в отчете 1978 года группы Зинькова. Тогда гора называлась “пик Спартак” в честь спортивного общества, членами которого были эти туристы.

На рубеже 80-90 годов инициативу в изучении вершин района перехватили новосибирцы. А.И. Кузьминых, в миру известный просто как “Иваныч”, долгое время подбирался к центру хребта с несколькими экспедициями, ставившими одну цель — подняться на высшую вершину района. После четырех неудачных попыток группа альпинистов новосибирского института инженеров ж/д транспорта 8 июля 1993 года поднялась на эту гору, дав ей название “Муйский Гигант”. У группы была новая карта, на которой высота вершины равна 3067 м. Это сразу сделало Муйский Гигант второй по высоте точкой всего огромного Забайкалья. Сложность подъема новосибирцы оценили как 4А.
Второе восхождение было совершено через год, 12 июля 1994 года. Руководителем группы был житель поселка Куанда В.С. Рыжий. 

2002. Один на один с Гигантом

Маршрут по Южно-Муйскому хребту пройден в одиночку в авусте-сентябре 2002 года. Машрут носил разведывательный характер, основной целью был осмотр района в.Муйский Гигант (3067,1 м) - высшей точки хребта. 

.. “И каждый пошел своей дорогой, а поезд пошел своей”. Поезд - на запад, домой в Европу, к последним теплым дням лета. Я - прочь от уличных фонарей Таксимо, пока не успели заметить менты, местные гопники, и кто там еще бродит по поселку в ночной час.

Таксимо похож на Доусон из детских книжек. Город вырос на золоте приисков Бодайбо и Ирокинды, став перевалочной базой на трассе БАМа. А еще Таксимо - анаграмма слова "москит", в чем может убедиться каждый, кто пройдет летом долиной Муи.

Южно-Муйский хребет не место для одиночных прогулок, но отступать было поздно. Изначально у нас был грандиозный план под кодовым названием “три в одном”: за одну поездку в Забайкалье посетить сначала Верхне-Ангарский хребет, потом Кодар, а на “вкусное и заснеженное” – Южно-Муйские дали. Но если две первые части программы в общем и целом удались (по крайней мере, на пик БАМ мы взошли, и веревки на перевале Взлет/Каскад угробили), то на последний рывок духу у моего товарища уже не хватило. Меня же задушила элементарная жаба – зря что ли я распечатывал карты?! Так я стал одиноким обладателем тяжеленного рюкзака с двойным запасом продуктов.

Теперь я мог при желании торчать в горах больше месяца, но в середине первого ходового дня умерил свой пыл и оставил заброску. Она, как то ружье на стене, еще выстрелит в конце маршрута, заставив сделать лишний крюк.

Кардинально легче рюкзак все равно не стал. Мой путь к Гиганту пролегал по долине Муи, вначале - по шикарным сосновым борам, потом по заболоченной вездеходной дороге, потом по тропе, потом по плохой тропе. Вскоре пропала и она... После молодецких рекордов первого дня я настолько подорвал здоровье, что на второй смог пройти только 8 км - и натурально слег. Сам не пойму, почему тогда не повернул назад – я твердо решил возвращаться, лежа в палатке под монотонное журчание быстрой Муи. Но на четвертый день поутру ноги сами понесли меня дальше, и мой следующий ночлег расположился уже в верховьях реки Мудирикамскит, в каких-то 14 км “по полету птицы” от загадочного Гиганта.

Кажется, Господь специально создал Южно-Муйский хребет для наказания согрешивших туристов. “Здесь нет дорог, а потому побег немыслим, очень жаль…”. Любая тропа через сотню метров оказывается медвежьей и элементарно пропадает в зарослях кедрового стланика. Я пару раз наблюдал интересную повадку местных мишек: перед местом своего отдыха они выкатывают на тропу неслабые валуны, вроде шлагбаума. Мол, - предупреждали же, не буди лихо, пока оно спит! Встретив такой свежий камень на тропе, лучше сделать небольшой крюк по пампасам.

Реки, стекающие с хребта в долину Муи, мягко выражаясь, “имеют значительное падение русла”. Таков и Мудирикамскит – урез Муи имеет высоту около 500 метров над уровнем моря, исток – примерно 2000 метров. Короче, трудно все это…

Из Мудирикамскита в вожделенный Бамбукой я перешел перевалом Гребневой, не сказать чтобы легким, но все же проходимым без страховки. С узкого, зажатого скалами седла перевала я впервые увидел ЕГО. И горы вокруг НЕГО. В ту же минуту у меня родилась революционная теория глобальной тектоники: Южно-Муйский хребет является почти точным антиподом Патогонии, и землю-матушку определенно “прет” по этой невидимой оси, вздыбливая нереальными гранитными столбами в белесое небо. Кстати, район здесь и вправду очень сейсмичный, знаменитое Муйское землетрясение, случись оно в более населенных местах, не оставило бы от городов камня на камне.

А дальше получилось вот что: спустившись в долину Бамбукоя и поставив палатку под склонами Гиганта, в тот же вечер 27-го августа 2002 года я встретил чудесную забайкальскую зиму.

Снег валил сутки за сутками. Без преувеличений. Я лежал на коврике, периодически рискуя лишится палатки посредством мультитопливного взрывателя шведского производства; томик Набокова, удачно обмененный в Новом Уояне еще в самом начале всей забайкальской программы на интервью Бродского, преждевременно закончился. На вторую ночь я поимел наиболее неприятное пробуждение в своей жизни: река вздулась и властно вступила в палатку. Человек, трость, ветром колеблемая, в кромешной тьме и снежной круговерти мечется по колено в маслянистой черной воде, мимо ног его ледовая шуга уносится навстречу интересной для сплава реке Ципа, далее – Витим, Лена и Ледовитый океан; здравствуй, припайный лед, небесный рай и конечный предел каждой снежинки, падающей с близких небес!

Были, однако, и просветы. Я сходил на перевал Куанда, сходил к озеру с издевательским названием Холодное. Гигант скрылся в облаках и лишь однажды на короткий миг показал себя в устрашающей ветреной вышине, увешанный флагами и абсолютно, космически, неприступный.

Выход на перевал Куанда доступно объяснил мне, что высокие перевалы без лыж непроходимы до следующего лета. Осталось возвращение в стиле нормальных героев, через восточную часть хребта, долинами Бамбукоя и Тулуи до приисков Ирокинды. Бамбукой сжигает все желания у бредущего его долиной. Тулуя, украшенная осенним карнавалом красок, воспринимается уже как потусторонний мир. В зоне леса снега не было, лишь за спиной белые склоны уходили в облака. Вид прииска Ирокинда на другом берегу реки – примерно такой же эмоциональной силы зрелище, как синие киты на Неве. Да и я сам для золотарей был как марсианин, когда, бездумно форсировав реку в первом попавшемся месте, выливал воду из сапог напротив окон местного Управления.

Золото здесь добывают шахтным методом, в настоящем забое, отбойными молотками. В нескольких метрах от входа штольня вся в кристаллах льда – вечная мерзлота… Ни дать ни взять – пещера Горного Короля.

Раним утром вахтовка, называемая здесь автобусом, серпантин грунтовой дороги, перевал и знакомое Таксимо. Бонус – 30-километровая прогулка за своей заброской. Но душу греет билет в кармане. Как говаривал один мой знакомый, завидев в тундре огни поселка, – “спасен!”

http://www.mountain.ru/photo/2003/yugno-muysky/alb.shtml
http://www.visitburyatia.ru/places/section-137/item-404/

Тэги:
Добавить комментарий

Оставить комментарий

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив